страница 1 из 159
Тот, кто пользовался Вселенной
Фостер, Алан Дин
Алан Дин ФОСТЕР
ТОТ, КТО ПОЛЬЗОВАЛСЯ ВСЕЛЕННОЙ
1
Старый добрый рэкет... Убийства, проституцию, взяточничество и ряд других низменных явлений невозможно вылечить с помощью техники. Ведь подобные пороки присущи и жителям развитых стран. Так что развитие техники опережает развитие общества.
Как пороки, так и добродетели уходят в давние времена. Секс на продажу существует дольше всей армии спасения, воровство всегда было более популярным, чем работа. Общество, неспособное искоренить такие болезни, неизбежно должно было научиться хоть как-то справляться с ними. Правительства согласились с этим. Все, с чем можно справиться, можно и оформить по всем правилам, а все, что оформлено, должно облагаться налогом.
Вышло так, что Лу-Маклин обнаружил себя стоящим перед входом в простенький магазин в коммерческом коридоре "В" стокилометрового цилиндра, являвшегося городом Клария, и обдумывал, как убить свою первую жертву.
Темные улицы были почти пустынны. Был конец дня, вернее сказать вечер. Близилось время, когда магазины и разные деловые учреждения уже закрывались. Слабый свет пробивался через прозрачную арочную крышу города. Снаружи она была грязно-желтая. Это было следствием неконтролируемых выбросов в атмосферу различных отходов, так называемых загрязнителей. Они давно уже отравили воздух городов, глубоко проникали в почвенный слой, покрывавший большую часть мира.
Внутри параллельных закрытых труб, заключавших в себе целые города, воздух отличался удивительной свежестью. Создатели мощной промышленности Ивенвейта уже очень давно бросили бороться с загрязнением атмосферы. Оказалось проще и дешевле запихнуть каждый город внутрь длинного из стекла и стали, червяка, которого жители окрестили "трубой", чтобы заводы могли выбрасывать свои ядовитые отходы прямо в небо, не причиняя никакого вреда населению.
К несчастью, флора и фауна Ивенвейта не имела ни труб в качестве убежищ, ни противогазов. За пределами труб поверхность превратилась в усыпанную гравием пустыню с бесплодным кустарником. Свинцовое небо нависало над землей с сорняками и слабыми животными. Даже насекомые пострадали.
Но ничто не тревожило деловых людей Кларии. Бизнес шел хорошо, и у всех было очень много дел. Ну и что из того, что нельзя выйти наружу? Внутри тоже есть чем заняться.
Ни один из проходящих мимо пешеходов не обратил на Лу-Маклина внимания. Парень как парень, в коричневой рубашке с пышными рукавами, в потертом черном комбинезоне с лямками и такого же цвета кепке.
Издали он казался почти незаметным. Росту ниже среднего, но крепко сколоченный, он внезапно становился очень впечатляющим, когда поворачивался к кому-либо лицом и встречался с ним взглядом. Стоило обратить внимание и на сотню килограммов мускулов, большинство которых сконцентрировалось на груди и необычно длинных, массивных руках. Его светлые волосы были пострижены коротко, поскольку в его профессии длинная прическа грозила фатальными последствиями. Сонные голубые глаза смотрели на мир из-под высокого лба. Парень казалось излучал глубочайшее безразличие ко всем и ко всему на свете.
Но впечатление, это было только внешнее. Лу-Маклин впитывал в себя все, что происходило вокруг. Он просто не хотел, чтобы мир знал, что его интересует.
У него был очень маленький рот, нос, поломанный не однажды, и странные голубые глаза, которые, казалось, никогда не открывались больше, чем наполовину. Они светились диковинным цветом, почти бирюзовым, но самым замечательным была царившая в них пустота.
Хорошо одетые мужчина и женщина, держась за руки, прошли мимо него так, словно его вообще не существовало. Этот талант становиться частью пейзажа Лу-Маклин шлифовал.
